ШОС, часть 5

Фанфик: ШОС
Фэндом: Хеталия
Пэйринг: Россия/Китай
Рейтинг: нет, хотя я и обещала ^^
Про что: 2001 год, незадолго до подписания договора о добрососедстве. Пятая часть.

- Россия, - выдавил Яо, отводя глаза, - тебе нужно уйти к себе.
- Голым? – после секундной паузы саркастически поинтересовался Брагинский.
Яо моргнул.
- Твоя одежда… она же цела?
- А что, родственники выставят дозор под дверями твоей спальни?
Иван совершенно не поменялся в лице, напротив, когда Яо отважился посмотреть на него – то встретил лишь искреннюю заинтересованность во взгляде и легкую улыбку. Но каким-то шестым чувством, кожей Китай ощущал, что Брагинский не то расстроен, не то злится.
- Просто не хочу, чтобы кто-то узнал, - упрямо пробормотал Китай, чувствуя, что краснеет, и сердясь на себя за это.
- Вот как? – Россия склонил голову на бок, и Яо поежился под его похолодевшим, внезапно ставшим чужим взглядом. Как будто не эти глаза смотрели на него несколько минут назад с такой любовью.
Но что он сделал неправильно? Разве Иван не понимает, что им не стоит сейчас все разглашать? Почему же тогда?...
- Успокойся, - невозмутимо сказал Россия, забираясь под одеяло и отворачиваясь, - я уйду утром, как Ромео, через балкон. Никто не узнает.
Был ли это сарказм?
- Иван… - Яо попытался сказать что-то, чтобы поправить дело, но Россия протянул руку и погасил свет.
- Спи, Китай, - отрезал он.
Китай лежал в темноте и слушал становящееся все более глубоким и размеренным дыхание России. Он ждал, что Иван обнимет его, раз он пожелал остаться спать в одной постели, или, может быть, поцелует на ночь – Яо отчаянно захотелось ласки, хоть какой-то иллюзии, что это романтическое свидание двух нравящихся друг другу людей.
Но Иван не шевелился, и простыня между ними постепенно остывала. Россия замерзнет один, почему же лег так далеко? Или Китай его чем-то обидел? Но ведь это правда – что весь мир будет против. И родственникам сообщать, что он снова спит с мужчиной… с которым они уже развелись однажды так ужасно…
Отчего же самому ему обиднее в сто раз?
Осторожно пододвинувшись, Яо прильнул к пока еще теплой спине Брагинского. Россия даже не шелохнулся – он глубоко спал.

Яркие лучи солнца разбудили Китай, и он рывком сел в постели, тут же стыдливо натягивая повыше упавшее одеяло. Распахнутая балконная дверь впускала в комнату свежий воздух, пение птиц и далекий шум города.
Иван, полностью одетый, курил на балконе. Будто почувствовав взгляд Яо, он обернулся. Приветливое лицо и легкая улыбка демонстрировали абсолютное довольство жизнью, но глаза оставались нечитаемыми.
- Доброе утро, Китай, - произнес он, туша сигарету.
- Доброе утро, Россия, - пробормотал Яо.
Еле заметно кивнув, Иван скрылся – ушел к себе, как и обещал.
Поднявшись, Яо протопал в душ. Он чувствовал уныние. Похоже, сам того не желая, он только испортил дело.
Зажмурившись под горячими струями воды, Китай пытался понять, где и что он сделал не так. Ох, если бы только дело не касалось Ивана… С ним все всегда так сложно! Китай правда, честно не против отношений, но зачем Россия так торопит события? Для чего ведет себя так властно? Неужели после всего, что было, после всех лет раскола, Брагинский ждет, что Яо немедленно вернется к роли покорной жены? Верно, он любил Ивана больше собственной жизни, готов был на все, что тот только пожелает, но это все в прошлом! Сейчас Китай уже поднялся на ноги, его не надо за руку тащить в светлое будущее.
И как сам Иван может вести себя так, будто они не расставались? Так, будто между ними по-прежнему есть любовь… и нет Америки?
Да, придя к нему в гостинице, Китай готов был к сексу. Себе сейчас он мог честно в этом признаться. Яо проигрывал в своей голове миллион сценариев – от того, что Россия попросит его уйти, даже не слушая, до того, что Иван… воспользуется ситуацией. Яо был готов.
С этой пропастью между ними что-то нужно было делать. Что бы ни происходило между ними как людьми, граница никуда не девалась. Ивана обхаживали Америка и Индия. Яо нервничал. Он не хотел этой «холодной войны», он устал из газет узнавать, что говорит и что делает Россия, причем из газет Джонса и Хонды. Ему доставлял страдания этот безразличный взгляд, под которым он погибал на каждой встрече. Яо помнил точно – сначала это были презрение и гнев. А потом, когда Союз рушился, они сменились равнодушием, и глаза Брагинского - мертвые блестящие аметисты, прямо из Якутии, сердца его вечной мерзлоты – теперь скользили по Китаю безо всякого интереса. Только ежегодные ветра из Новосибирска стали холоднее.
Что угодно лучше, чем это.
Поэтому Яо придумал тот самый миллион сценариев, и все они не сбылись. Глупо планировать что-то, когда имеешь дело с Россией – Китай выучил эту истину давным-давно и все равно растерялся. Нежные ухаживания, сияющие от счастья глаза, ласка… Россия был весьма неприятен с чужими, но со своими Иван был самым заботливым человеком, какого Яо когда-либо видел. А все его поведение на следующий день – и завтрак с необременительной болтовней, и кошмарные, невероятные уступки, Китай знал, слишком хорошо знал эту русскую черту – «своим все бесплатно», и его поддразнивания и демонстрация их отношений… Яо был деморализован, не успел вздохнуть и собраться с мыслями, подумать – зачем Ивану вся эта игра?
Ах, как Китай сожалел сейчас, что поддался эмоциям, что бросился в это все, как в омут, не подумав о последствиях! Возможно, Иван притворяется, и уж точно – что-то задумал, но его, Китая, ответственности это не умаляет. Он запутал и себя, и Брагинского.
Яо в отчаянии застонал. Наверняка Иван зол на него, думает дурное… А вдруг вообще ушел?!
Внезапно испугавшись, Китай выскочил из душа, торопливо вытираясь. Если Иван ушел, то это крах всего! Россия гордый, он больше не придет. А Яо, похоже, оттолкнул его – сам пришел тогда, принимал ухаживания, флиртовал, спровоцировал секс, согласился на завтрак и обед, оскорбился на роман Ивана с Джонсом и устроил сцену. А потом позвал к себе и снова не отказал.
И в то же время позволяет детям его оскорблять, и даже Хонду не выгнал…
Китай метнулся в спальню и распахнул шкаф с одеждой, прижимая влажное полотенце к горящим щекам. Он вел себя безнравственно, и что теперь с этим делать?
Лишь бы Иван еще не ушел!
Натянув первое, что попалось под руку, Яо выскочил на балкон и прокрался к комнате России, осторожно заглядывая в окно. Иван был на месте - Брагинский с комфортом развалился на не разобранном диване, вытянув ноги, на его коленях лежала раскрытая книжка, а сам Иван разговаривал по телефону.
Когда она рассмеялся, запрокидывая голову, Яо быстро скользнул назад, опасаясь попасться за подглядыванием. Интересно, с кем Брагинский разговаривает? Кто заставляет его так смеяться? Америка?
Поймав себя на ревности, Китай нахмурился. Он на ревность никакого права не имеет, он это помнит. Помнит ведь? Хорош он будет, если опять разобидится - вряд ли Иван позвонит снова и попытается все разъяснить. Почти наверняка нет.
И вообще - Иван совершенно точно не позвонит больше, если он не вспомнит о своем долге хозяина.
У плиты хлопотал Корея, и Китай хмыкнул, удивленный – он был уверен, что Йонг Соо ушел вчера… впрочем, когда бы это Йонг Соо добровольно ушел? Но сейчас это вызывало у Яо искреннюю радость – ему не нужно тратить время на готовку.
Корея обернулся, приветствуя Китай:
- Доброе утро, брат! Я приготовил нам еду! – оповестил он, видимо, на случай, если Яо не заметил.
Китай сдержанно кивнул.
- Очень хорошо, - спокойно ответил он, доставая поднос и посуду.
- Ты не будешь есть с нами?!
- Йонг Соо, не кричи так, - Яо поморщился, - нет, я не буду есть с вами. Я пойду к моему гостю – уверен, он тоже не хочет провести утро в вашей компании, - вытащив кастрюлю из под локтя обиженно надувшегося Кореи, он добавил, - скажи спасибо, что я вообще разговариваю с тобой.
- Спасибо, - буркнул Йонг Соо, но Яо решил проигнорировать дурное настроение брата. Ему и так хватало забот.

Комментарии

Написать комментарий

Трэкбэки


Отправить трэкбэк к этой записи (пользователь FC2 Блога)